Сериал «Татьянин день» (компании АМЕДИА) густо населен персонажами, в особенности женскими. Актриса Дарья Волга в роли Галины Рыбкиной по-своему воплощает тему женского одиночества: вначале ее героиня, которой отчаянно не везло в любви, была полна горечи, желчи и зависти, но потом… Видимо, создатели телепроекта поддались невероятному человеческому обаянию и актерскому таланту Волги, раз позволили ей дать своей героине шанс на исправление…
Пожалуй, именно работа в сериале «Татьянин день» открыла Дарью Волгу как актрису для тысяч зрителей, хотя в ее послужном списке – роли в сериалах «Петербургские тайны», «Маросейка, 12» и в приключенческом российско-французском фильме «Лиса Алиса»…

– Дарья, ваша звонкая, запоминающаяся фамилия – это творческий псевдоним?
– Нет, это самая что ни на есть настоящая фамилия, моя родная. Я училась во ВГИКе, в мастерской Армена Борисовича Джигарханяна и Альберта Леонидовича Филозова. Так вот Армен Борисович мне однажды сказал: «Волгочка, замуж выйдешь – фамилию не меняй, она у тебя актерская!»
– Выбирая время для интервью, вы обмолвились, что еще не адаптировались к здешнему часовому поясу, поскольку лишь вчера прилетели в столицу из дома – Новой Зеландии. Как вы оказались жительницей этой страны?
– Если вкратце, можно сказать так – я поехала туда за любимым человеком. Дело в том, что там, в Новой Зеландии, живет сестра моего мужа. И мы вначале просто отправились к ней в гости – на отдых. Но эта страна поразила нас своей красотой и потрясающей природой. Чудесный климат, близость океана, какое-то удивительное чувство свободы от условностей, естественность во всем – все это меня покорило, я влюбилась в эту страну с первого взгляда!
Кроме того, у моего мужа (он по профессии программист) давно созрело желание совместить бизнес и возможность зарабатывать деньги своими мозгами. Поскольку у Андрея есть предпринимательская хватка и при этом он большой интеллектуал, у него все получилось. Сейчас у мужа своя компания, которая заключает контракты и сотрудничает с новозеландскими и американскими «монстрами» (уровня, например, «Microsoft») в сфере медицинского программного обеспечения. Вот такая история.

Я и в Москве – как рыба в воде
– И во имя любви и семейной гармонии вы готовы были забыть о своей профессии?
– Нет, почему же? Я поступила в Оклендский университет, получила там второе образование и окончила это учебное заведение со степенью мастера искусств. Мы изучали ирландскую и английскую прозу, поэзию и драматургию, актерское искусство и режиссуру, философию, литературную и драматургическую критику, занимались writing и так далее.
Мне удается проявлять себя и в живописи. Я продаю свои картины в галереи и через сайт в Интернете.
– Наверное, темп жизни в московских каменных джунглях и в неспешной Новой Зеландии – это «две большие разницы»?
– Это разное ощущение времени и того, что называется «life style». В Новой Зеландии мы осели с 2001 года. Мы живем в загородном доме на своей большой территории, в пяти минутах от нас океан.
Это совсем другой образ жизни, нежели в Москве. Живя так близко к природе, меньше думаешь о карьере как таковой. В Новой Зеландии, на этих двух маленьких островах, кажется, собрана флора со всего света: здесь можно встретить и русские березы, и украинские вербы, и сосны, и пихты, и пальмы (и при этом тут нет никаких ядовитых насекомых или змей). Меня эти уникальные пейзажи с их удивительно спокойной атмосферой располагают к тихой семейной жизни, к тому, чтобы быть в первую очередь матерью и женой, следить за уютом, сохранять атмосферу душевного тепла и оптимизма в доме. Не случайно именно там я родила нашего младшего сына Энтони Джозефа – Антошу, ему скоро будет четыре года. Там исключительно здоровый и благотворный климат. Когда я из Новой Зеландии возвращаюсь на съемки в Москву, в АМЕДИА наши мастера по гриму и прическам восхищаются тем, как оздоровились мои волосы и кожа, и это после 27 часов полета! А здесь, в Москве, я – типичный житель мегаполиса, находящийся в условиях постоянного дефицита времени, но и тут я, как рыба в воде.
Я, например, балдею от метро – во всяком случае от того, что «пользуясь услугами метрополитена», еду без пробок и попадаю туда, куда мне нужно, вовремя.
– И, что же, пассажиры вас не узнают?
– Узнают довольно часто, улыбаются, удивляются и жестами показывают, мол, почему в метро, почему не за рулем? Я отшучиваюсь, но, если серьезно, я не люблю обрастать вещами, чтобы не привязываться к одному месту – так легче сниматься с якоря. Для меня главное, что в период съемок в Москве я ежедневно получаю подтверждение своей востребованности как актрисы в России. Правда, я снималась и в нескольких новозеландских проектах.
– Вы хорошо знаете английский?
– Я учила его всю жизнь, английский – практически мой второй родной язык. Я, кстати, в Новой Зеландии работала и в нескольких антрепризных спектаклях на английском языке – «Буря», «Вишневый сад», «Комедия дель Арте». А в кино мне там предлагали в чем-то схожие роли – приехавших в Новую Зеландию на заработки славянских женщин разных национальностей, поскольку местным жителям все же слышится в моем английском акцент. Если нужно сыграть девушку из Восточной Европы, зовут меня.
Кроме того, по мнению окружающих, внешность у меня – не как у типичной новозеландской девушки. Не зря же меня там нередко на улице останавливают, спрашивают, не русская ли я. Один прохожий как-то раз, задав мне этот вопрос, рассказал удивительно романтичную историю о своей любимой, к которой он ездил когда-то в Питер.

В сериале я – «с подачи» мужа
– Для многих наших соотечественников, оказавшихся за границей, процесс адаптации к жизни в новой стране осложняет ностальгия по родным местам. Вы с этим столкнулись?
– Когда-то подобный драматизм во многом возникал из-за «железного занавеса». А теперь, наверное, все зависит от психологического настроя человека и, конечно, финансовых возможностей.
Если вы легки на подъем, мобильны и в состоянии купить авиабилет, чтобы навестить своих близких и места, по которым соскучились, это уже решение проблемы. Земля круглая, и сейчас все больше людей живут на две страны или в принципе периодически переезжают с места на место.
Может быть, такое легкое отношение к выбору места жительства у меня выработалось еще с детства, я ведь до одиннадцати лет жила в Киеве, а потом мы переехали в Москву. Конечно, сейчас мне довольно сложно разрываться между Москвой и Оклендом: здесь я снимаюсь в «Татьянином дне», а туда, к мужу, который остался с двумя сыновьями и за папу, и за маму, я наезжаю лишь «на побывку» – недели на две от силы. Но, с другой стороны, это была идея Андрея – чтобы я попробовалась в этом кастинге.
– Так как все-таки случилось, что вы впряглись в такую долгоиграющую сериальную историю?
– Это было в прошлом году. Я прилетела в Москву, чтобы показать младшего сына дедушке с бабушкой. И вот Андрей мне по телефону говорит: «А что ты там просто так сидишь? Пойди попробуйся на роль». Я и послушалась, а когда меня утвердили, позвонила мужу: «Я попробовалась, Андрюш, меня взяли! Что делать будем?!» Мы быстро скоординировали нашу дальнейшую жизнь, мы вообще с мужем довольно гибкие товарищи. Конечно, у меня душа болит, как они там без меня, и я при первой же возможности еду к ним. В Антошином возрасте дети так быстро меняются, растут не по дням, а по часам, учатся чему-то новому, узнают мир, а я какие-то из этих важных моментов пропускаю, вижу ребенка с перерывами – ужасно жалко! Но там ему лучше, здесь я все равно не могла бы быть с ним подолгу, а так он находится с папой и братом, в знакомой обстановке, в доме, каждый уголок которого ему знаком с первых дней. Но было бы неправдой, если бы я сказала, что съемочный период для меня – это сплошные мучения из-за того, что я скучаю по семье (пожалуй, лишь в самом начале, когда я провела на съемках без перерыва четыре месяца, я и правда высохла от тоски по малышу). Мне все-таки очень нравится сниматься в сериале, у нас замечательный коллектив, я от своих партнеров в полном кайфе пребываю! Мы так сдружились, в особенности со своими «родственниками» – семьей Рыбкиных.
– Но как же ваш занятой супруг справляется с двумя детьми в ваше отсутствие?
– Во-первых, наш младший сын ходит в замечательный детский сад, где остается на полный день, как раз до того времени, когда его папа, окончив работу, уже может его забрать. Я мужу предлагала взять няню, но он не хочет.
Наш Андрей-старший – чуткий отец и очень ответственный человек, ему не хочется уступать свои обязанности кому-то постороннему, он считает, что и так слишком мало видит малыша. А во-вторых, старшему сыну – Андрею-младшему уже семнадцать. Это сын моего мужа от первого брака. Я его очень люблю, мы начали жить одной семьей, когда ему было восемь лет, и с самого начала договорились, что я его друг, просто еще один взрослый, который его любит. Я не стремилась занять место мамы, мама у человека одна, и она у Андрюши есть. Кстати, очень приятный человек.

Я «терялась» на целый месяц
– Все-таки интересно, где могли познакомиться актриса и программист?
– В поезде «Киев–Москва». Дорога, знакомство, беседа, все очень невинно. В результате Андрей записал мой телефон и… вскоре потерял его. Он помнил наверняка только первые три цифры из моего номера, так что в течение следующего месяца Андрюша названивал в Москву, перебирая самые разнообразные комбинации цифр.
Фамилии моей он не знал, поэтому справочное бюро ему помочь не могло. Тем более удивительно, что в итоге он все же набрал методом тыка мой номер. Андрей был в страшном волнении и сам не мог поверить, что это безнадежное предприятие завершилось успехом. Я сказала: «Алло!», и на том конце провода зависла пауза, но я чувствовала, что это молчание полно эмоций. А когда Андрюша наконец заговорил, он несколько раз переспрашивал: «Это Даша?», «Даша, это ты?» А я не могла взять в толк, почему этот человек никак не поверит, что это действительно Даша, и что эта Даша – я.
Вот так и продолжилось наше случайное знакомство. Причем Андрей долгое время не признавался, что месяц не звонил, потому что потерял мой номер телефона.
– Даша, а почему после успешного дебюта в американском кино, состоявшемся еще до того, как вы уехали в Новую Зеландию, вы не продолжили работу в США?
– Действительно, я сыграла в американской картине «Beyond the Ocean», которая стала номинантом Sundance Film Festival в категории «Лучший фильм», и, будучи номинирована как «Лучшая актриса», была замечена и критиками, и зрителями, и режиссерами с продюсерами. Этот фестиваль устраивает Роберт Редфорд, и такой прием для нашего фильма был очень почетен. Поэтому вскоре последовало очень заманчивое для меня предложение: мне надо было подписать контракт с американскими агентами. Но для реализации этих замыслов надо было жить в США, а это означало разлуку с Андреем, у него на тот момент не было основания для въезда в Америку, не было статуса, грин-карты. Я просто не могла оставить Андрея-большого и Андрея-маленького и, хотите верьте, хотите нет, без тени сомнения выбрала любовь и семью.
– Ваша героиня из «Татьяниного дня» в начале сериала была весьма несимпатичной особой в прямом и переносном смысле. А теперь от серии к серии Галина Рыбкина все хорошеет – и телом, и душой. Такая эволюция была предусмотрена сценарием?
– Все мы, артисты, нащупывали и искали линииразвития характеров наших персонажей, пытались наделить их разными чертами, чтобы в каждом было и плохое, и хорошее, чтобы они были не схематичными, а живыми. И я, и мои коллеги – все мы очень благодарны креативным продюсерам сериала, в частности, Нине Биркадзе, которая просила артистов высказывать свои пожелания, предложения, идеи по характерам персонажей. Режиссеры у нас замечательные – Михаил Дмитриевич Мокеев, Игорь Войтулевич, Екатерина Гранитова, Николай Крутиков.
Нам вообще дали большую свободу творчества, и, по-моему, это наполнило проект и каждую из ролей новыми красками. И актриса Валентина Викторовна Панина (исполнительница роли Тамары Петровны – нашей мамы), и актер Вадим Колганов (один из моих экранных братьев – Виктор Рыбкин), и Виталий Коваленко (Вадим Горин – человек, в которого Галочка влюблена), и многие другие артисты выступили соавторами биографий своих героев.
Сериалу такое сотворчество актеров и руководителей проекта, на мой взгляд, пошло только на пользу.
– Вы так правдиво играете сцены, где ваша героиня говорит о детях в детском доме или убеждает спонсора финансировать работу благотворительного фонда, что кажется, будто вы и сами в жизни занимаетесь филантропией…
– Я пока лишь в начале этого пути, но мне бы очень хотелось делать в этом плане как можно больше. Недавно мне по электронной почте пришло письмо о проблемах донорской крови – у нас в России ее по-прежнему не хватает. И я сагитировала несколько человек из нашего сериала пойти и сдать кровь. Так мы и сделали.
Это, конечно, еще только первый шаг, но думаю, в рамках нашего телепроекта мы организуем еще немало акций в этом направлении. Благо, сериал у нас длинный…